Menu

Денге: дневник лихорадочной

Болеть лихорадкой Денге мне категорически не понравилось. Ибо какая-то глупейшая, несправедливая и беспросветная болячка. Одно дело, когда ты без шапки набегаешься по морозу и потом возлегаешь, простытый, дня три целых с температурой. Кармичненько! Или когда много злоупотребляешь, и потом печень рассыпается. Тоже справедливо! А здесь тебя исподтишка, подленько и низко кусает мелкий комаришка, пускает тебе в кровь обломки ДНК лихорадочного вируса — и все: лежишь, не вставая, великое множество дней. И кажется, что конца и края этому не предвидится…

Лихорадка Денге. День 1: симптомы гриппа, и не более

Вся в приподнятом настроении, с утра вершила великие подвиги. Решила тряхнуть стариной, пришла, как и угрожала давеча, в кафе на углу на три столика и пригрозила уже им там всем вскорости напеть джазов.

— Ща, — говорю, — с недельку поготовлюсь, и спою.

Помурчала в связи с этим образцово-показательно, и меня даже не выгнали за это. «Вот и здорово, — думаю. — Скучно, господа, в нашей деревне. Надо бы дать им всем тут жару».

Кабы знала я тогда, что жАру в ближайшие несколько дней будут поддавать исключительно только мне!

К обеду, будучи вся еще в приподнятом и вдохновленном настроеньи, начала безбожно зевать и хотеть спать. Прямо мечтала о наступлении ночи в нетерпении оказаться скорее объятой Морфеем, зарывшись в подушки и простыни. Никаких подозрений сие явление не вызывало — было списано на сезон дождей: в Юго-Восточной Азии точно так же многие хотят спать, когда наступает период небесной мокроты. И голова жутко разболелась, как я думала, по той же причине. А у кого в наше время головы не болят?

Сходили в гости, поиграли на площадке с детьми — на все это еще хватило сил. Но когда ложилась спать, каждый участок тела уже начал жестоко орать от любого прикосновения. Даже легчайшего. Но последние месяцы я привыкла физически страдать в бессчетных попытках слезть с кофеиновой зависимости, как Марк Твен в поползновениях бросить курить.  Посему жуткие ломки были списаны на синдром отмены: опять первый день был после месячного запоя. Грешна, чо.

Ночью проснулась от сильного холода — температура под 40. Зубы стучат. Голова раскалывается, будто кто-то на нее давит гирей и постукивает. Парацетамол. Сон. До утра сменила три рубашки, каждую из которых можно было выжимать.

День 2. Боль.

Наутро уже все тело казалось придавленным гирями — встать с кровати казалось нереальным подвигом. Температуру сбить удавалось, но ненадолго.

Болели глаза — той невыразимой мышечной болью, счастливым обладателем которой вы непременно станете, если слишком активно возьметесь за вращательно-глазную гимнастику а-ля «профессор Жданов». Болели те мышцы, которыми зенки крепятся сзади к голове — примерно такие у меня представления о глазной анатомии.

Болели и другие мышцы. В смысле, все. Даже диафрагма. Даже голосовые связки, хоть они и не мышцы. Особенно доставалось икрам ног, когда приходилось вставать и собираться в долгую и трудную дорогу к туалету. На руках мускулы тряслись так, словно я только что делала жесточайшие ручные балансы из йоги или просто до умопомрачения отжималась. Или таскала мешки с песком. Или я шпалоукладчица без опыта работы в первый день своей карьеры.

Прививок от Денге не существует. По крайней мере, на практике я не встречала, чтобы в госпиталях Таиланда или Камбоджи предлагали вакцинацию. Хотя в начале 2016 года в СМИ появились сообщения, что первые вакцины наконец изобретены.

Болели кости. Не просто ломало и выкручивало, как при гриппе, а кто-то загонял в них острые металлические спицы, и тогда где-то внутри тебя простреливало до самого мозга. Особенно доставалось позвоночнику. Шею вообще хотелось отпилить и выбросить — лишь бы уменьшить невыносимую боль.

Есть не могла и не хотела — тошнило. Казалось, если поем хоть немного, тут же скончаюсь от перегрузки на организм — не справлюсь с перевариванием пищи. Пить хотелось все время. Парацетамол. Перерыв часа на 4, и снова парацетамол.

Лихорадка Денге симптомы, лечение. Дневник выздоровления.

Леха тем временем забавлялся над страждущей…

Ночью вторых суток проснулась и долго тихо выла в подушку от непередаваемой головной боли  — невозможно было спать. Хотелось параноидально ходить по комнате из угла в угол, но не было сил. Было очень похоже на резко опустившееся давление — я гипотоник. Выпила цитрамону. Молила кого-нибудь, чтобы удалось дожить до утра. Удалось — уснула через пару часов вытья.

Внимание!!! Так делать нельзя — в цитрамоне содержится аспирин, который при Денге противопоказан. Почему я сделала? Потому что в первые дней пять мне и в голову не приходило, что у меня тропическая лихорадка. Грипп здесь начинается примерно так же.

День 3. Лечение страхами.

Не встать. Хотя температура упала до 37,5. Болит все и по-прежнему. Особенно досаждают глаза. И голова. И кости. И мышцы. И шея. И все остальное. Блин, тело, сколько же от тебя страданий! Но я неразлучна с тобой, и мне очень нравится жить. Буду терпеть.

Во рту стало очень горько — вода, еда горчат. Есть по-прежнему не хочется: тарелка супа — на весь день. Но пью как слон. И парацетамол как доминирующее блюдо.

Ночью странное явление, которое я впервые узнала на Випассане, — паническая атака. Вот ты, вот твой муж рядом. В колыбели спит ребенок. Вы в тепле, все хорошо, над головой — весьма надежная крыша. Но где-то внутри начинается дыхание страха и ужаса. Сгусток всех фобий, что в тебя насовали при рождении, и что приобретены за три десятка лет в этом теле.

Чего боюсь? Не могу даже сформулировать. Может, смерти. Кажется, что вот-вот задохнешься или просто сойдешь с ума. За первую неделю от начала Денге таких панических атак я насчитала три штуки.

Моя хорошая знакомая по секрету поведала, что после курса медитаций особенно усердные студенты порой весьма интенсивно болеют — мол, чистка продолжается, самскары довылазивают — загрязнения ума. А я-то думала, что те десять дней были всего лишь десятью днями.

Заразиться Денге, как и японским энцефалитом который будет гораздо страшнее, можно только через укусы специально обученных комаров. По-другому, говорят, не получится — через общие тарелки там или полотенца.

Кто вообще подсказал эту дурацкую идею — ехать на медитацию?! Дать бы по репе тому бестолковому индивидууму. Ах, да, это же была моя гениальная идея — уехать учиться просветляться, чтобы отлучить сына от груди. Убейся об стену, Марина. Никогда больше ничего не решай в жизни и вообще проявляй поменьше энтузиазма. И живи лучше во тьме невежества и неосознанной, зато без припадочных паник, Денге, гребаных самскар, которые прут со всех отверстий и всей этой духовной фигни. Даже ворона из анекдота, которая решила перелететь море, умнее тебя, недоделанный ты недопросветленыш!

День 4. Новый симптом.

Кажется, чуть лучше. Но только если лежать весь день и спать. Съесть нанопорцию чего-нибудь, попить и спать. Спать. Спааааать. Обнявши подушку ногами, завернувшись в простыню, на животике, на бочке, на спинке. Только бы спаать. Вообще не понимаю, как это люди ни разу за весь день могут не прилечь поспать. Кажется, сон — единственное, что я теперь буду любить всю жизнь.

Вода теперь стала сладкой. Тоже не комильфо, но мне так нравится больше, чем горькой. Пью как слон. На бедрах высыпала мелкая розовая сыпь. Странно. Еще чешется сильно, но мне все равно — лишь бы весь день спааать…

День 5. Диагноз — Dengue

Проснулась со внезапным осознанием, что совсем не становится лучше. Еле доношу тяжеленное тело до кухни и туалета — все по-прежнему трясется и болит. Стандартные 50 кг, кажется, превратились в жалкие 45, и в зеркале на меня теперь смотрит типичный узник Треблинки.

Начинает казаться, что конца и края телесным мучениям не предвидится, и выкарабкаться из этой ямы не представляется возможным. Ты понимаешь вдруг, что никакой это не грипп, и задаешься вопросом, что это, блин, за фигня, которой болеешь-болеешь, а лучше не становится.

Сыпь! Вспомнила, что такая мелкая розовая зудящая сыпь характерна для вируса Денге. У некоторых обсыпает все тело, у других — частично.

Боевой тайский айфонка в хилых руках весит, как кирпич. Пальцы трясутся и плохо попадают по мелким экранным клавишам, но через несколько минут старческих поползновений Гугол все же радостно подтверждает: все симптомы, как по Википедии, все совпадения неслучайны. Хлипкая версия о непонятном и чересчур злом гриппе вкупе с моим истощением от двухлетнего ГВ и кофейной наркомании наконец заслуженно летят в топку.

Мелкая розовая сыпь или геморрагические пятна на теле, напоминающая кровоподтеки, — один из характерных признаков болезни. Зуд обычно в области коих стоит невыносимый.

Чуть ли не с облегчением продолжаю уже денговать вместо гриппования.
Смысла обращаться в больницу уже почти нет — температура некритичная, а все прочие симптомы и не должны уходить так быстро. Остается только настороженно прислушиваться к себе, чтобы не прорезались какие острые боли в животе или кровавые примеси в рвотных массах — тогда кранты: геморрагическая Денге пришла. Готовься к новому воплощению, все дела.

Мысль о смерти не столько пугает, сколько наводит беспросветную тоску и досаду: «Не хочу умирать. Хочу растить Викторалексеича — он забавный и как будто с другой планеты…»

Но если честно, ссыкотно. Очень. Чертовски. До чрезвычайности. Тело словно уже кто-то хочет отобрать — оно не слушается, не служит мне, своей хозяйке. Оставьте мне мое тело. Мне им еще надо бы много чего занятного осуществить за это нелепенькое, но увлекательное воплощение…

Судя по крадущейся шизофрении, Денге не только напрочь ослабляет мышцы, но и слегка растворяет мозг. Занятная симптоматика.

День 6.

Ничуть не лучше. Страхи, слабость и ежеминутное желание спать. Леха больше не может подмениваться на работе, и приходится вместо сна и картинно-драматичного возлегания на ложе, постоянно вскакивать с кровати. Ибо двум мелкотравчатым детям все время что-то нужно: то попить, то поесть, то в туалет, то включить «Ну, погоди!», то выключить, то укачать на дневной сон, то снова покормить, то  еще и развлечь наглецов. А Викторалексеича периодически приходится жалеть и поглаживать его разбитое колено, ушибленную маленькую бестолковую репу, оцарапанные ноги и все вот эти их мужские развлечения…

Все мальчишки — дураки. С самого детства. В очередной раз убеждаюсь. Кроме Лехи. Он хороший: пришел с работы, всех покормил, а потом полночи качал неунывающего Виктора, который, видите ли, разыгрался. Плевать ему, что мамаша Денге придавленная, а папе к 7 утра снова на 13-часовую рабочую смену.

Я качать не могла. Придавленная, спала, пила и писала. И благодарила всех, кто виновен в том, что наконец перестали болеть глаза. Теперь осталась только шея. И ноги. И руки. И диафрагма. И голосовые связки…

День 7.

Ай, кажется, вилл, сувайв! Кажися, выживу, ребзя!

Впервые за эту неделю утром захотелось встать. И не то, чтобы радоваться прямо жизни, но хотя бы просто жить-поживать и что-нибудь делать. В итоге сделала целых три кружки чаю за день, прогулялась несколько раз по двору, три часа поспала — на большее запала не хватило.

Открыла ноутбук, начала писать заметку в блог. Про текущие переживания организма в связи с визитом лихорадки Денге. Мозг не работает от слова «совсем» — буквы, мысли, абзацы скачут и сливаются в густую и непрошибаемую массу вязкого и спутанного сознания. Этот дневник написан спустя три недели от начала болезни.

Завтра я должна петь. Звоню в кафе, что безудержное веселье у них откладывается на неделю — только, мол, начала крепнуть… Наивная!

Кстати, мне жутко повезло: зудящая сыпь уже прошла. Кроме бедер, она нигде больше не появлялась. Фартовая!

Дни 8-15.

Выкарабкиваюсь. Начиная с 7-го дня каждое утро сил становилось чуть больше, и на десятый уже впервые не спала днем.

Однако привычные семейные мотопрогулки отнимают массу сил — ноги по-прежнему ватные, бицепсы-трицепсы по-стариковски трясутся, поднимая кружку с чаем и ложку с едой.

Не пишу ничего уже две недели. Нонсенс — не помню, когда такое вообще было в жизни. Очень хочется, но мозг не слушается — стоит сесть за клавиатуру, как мысли снова в ужасе разбегаются, а пять минут за ноутбуком словно отбрасывают на день назад по уровню восстановления здоровья. Успокаиваю себя: мол, ничего страшного, мир проживет недели три без моих мегаполезных каракуль.

Мир-то проживет, а вот я — нет. Откисая горизонтально, под одеялком тыркаю кнопки смартфона — глубокомысленно мараю заметками Инстаграмм. Не щажу я людей!..

Пробую петь. Связки словно обвисли и пожухли, истончившись до состояния туалетной бумаги, как у самого симпатичного для меня среди содомитов всех времен и народов — Меркьюри во время записи последнего альбома. Ах, как могла я покуситься на святыню несуразным сравнением — где Фредди Гроза Стадиона Arcadium с луженой глоткой, и где я со своими нашептываниями. Язык мой — проекция ложного эго моего враг мой… И, кстати, глоткой никто не поет — ей едят и пьют. Вы знали?

И диафрагма — мышца. Вы знали? Очень большая, между прочим. Все взрослые вокалисты ее натружают до чертиков, когда поют. Я тоже натружала раньше. Теперь разучилась — висит беспомощной тряпочкой моя диафрагма, не давит воздух с силой. Не хочет преобразовывать его в волшебные звуки му. Досадненько. Спеть через неделю я тоже не смогла.

День 18.

Старые добрые друзья позвали прокатиться на острова Ко Ронг и Ко Ронг Самлоем. Повод нешуточный — местная компания Virak запускает скоростные водные трансферы на новеньких катерах. Приходите, мол, граждане, обкатайте новинку. Поешьте пива, попейте еды бесплатно. Мы — махровые русские: сказали «бесплатно» — надо ехать.

Сорок минут на мчащем по неспокойному в сезон дождей Сиамскому заливу в одну сторону и назад стоили мне страшных клеточных утрат. Тратились преимущественно нервные клетки: непобедимой силы фобия вернулась на воде — каждую секунду пути я до одеревенения боялась, что катер перевернется, и чтотогдабудетсВикторалесеичем.

Лихорадка Денге симптомы и лечение. Дневник выздоровления.

Это просто мы еще даже не тронулись.

Чтобы было понятно, я не совсем трусиха. Бывало прыгала с парашютом с 4 тыс метров, весело бегала по такому же катеру, когда меня мчали в «Морское сафари», с тиграми в Сираче фотографировалась… Но в тот день ужас был таким парализующим, что друзьям приходилось щелкать перед лицом, дабы убедиться, что я еще не впала в кому с открытыми глазами…

«Морское сафари» — на мой взгляд, лучшая водная экскурсия из Паттайи, Таиланд.

Говорят, что депрессии и фобии — обычное дело, которое можно наблюдать в себе в течение трех месяцев после  лихорадки Денге. Еще говорят, что, став матерью, самым страшным страхом женщины становится страх за жизнь и здоровье ребенка. Прекрасно и удивительно, когда эти два обстоятельства накрывают и без того маленький неразумный мозг барышни, склонной к тому же осложнять себе жизнь Випассанами и прочими, весьма неудобными, асанами.

Но через шесть месяцев я смогу точно сказать, был ли вирус экзотической хвори причастен к паническим атакам на море. Как раз через полгодика будем летать самолетиками по Азии. А уж в воздухе мне всегда было даже гораздо менее комфортно, чем на воде.  

День 21.

О перенесенном недуге напоминают теперь только три вещи:

  1. Повышенная тревожность и нервозность.
    Всякий, знающий меня, скажет, что куда уж выше. Однако вот так — на пределе. Любая темнота пугает, постоянно беспокоюсь за сына: то пацанские ранки на ногах кажутся незаживляемыми, то соседские дети слишком агрессивны к моему ребенку, то в ночи скулящая во дворе собака слышится как крик из фильма ужасов.
    Это самое неприятное последствие болезни. Но все же напрягает значительно меньше, чем беспрецедентно острая депрессия первых двух недель.
  2. Ножки-ручки стали совсем тонкими.  
    Всякий, знающий меня, скажет, что куда уж тоньше. Однако вот так. К нормальному весу возвращаюсь медленно и печально.
  3. Что-то по-прежнему не так в гортани и в груди с точки зрения человека поющего.
    Правда, это «не так» из разряда ювелирно маленьких, заметное только мне: начинаешь бодро, но устаешь быстрее обычного.

Однако мне через неделю возвращаться в мою любимую сказочную деревню на Отресе, который я так полюбила за последний год в Камбодже. И где мне было всегда спокойно и не страшно, в отличие от грязного и малопригодного для жизни центра Сиануквиля. И кафе у дома на три столика там  уже не будет. А пророчества надо доводить до конца.

Позвоню-ка им. Скучно в нашем тропическом поселке городского типа. Надо бы дать всем жару.

Ну, или хотя бы просто — пошептать чего-нибудь теплого и лампового. Люблю я это дело…

С пожеланиями здоровья, опытная теперь в вопросах лихорадки Денге, искренне ваша, жизнелюбивая азиатка Marta.

Камбоджа, Сиануквиль, сентябрь-2016.

 

 

Понравилась статья? Стань постоянным читателем блога!



24 комментария
  1. Вера 26.09.2016
  2. Екатерина 27.09.2016
    • Marta 27.09.2016
  3. Оля 27.09.2016
    • Marta 29.09.2016
  4. Елена 27.09.2016
    • Marta 29.09.2016
  5. Владислав 27.09.2016
  6. Резеда 27.09.2016
    • Marta 29.09.2016
  7. Марианна 27.09.2016
    • Marta 29.09.2016
  8. Олег 28.09.2016
    • Marta 29.09.2016
  9. Василий 28.09.2016
  10. Денис 07.10.2016
    • Marta 08.10.2016
  11. Lada 15.10.2016
    • Marta 15.10.2016
  12. Евгения 19.10.2016
    • Marta 19.10.2016
  13. Alina 26.11.2016

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *